Археология и древняя история Ивановской области

Раскопки неолитической стоянки Сахтыш 2 в Тейковском районе

Раскопки неолитической стоянки Сахтыш 2 в Тейковском районе

На территории Ивановской области зафиксированы археологические культуры — Верхневолжская, ямочно-гребенчатой керамики (льяловская и балахнинская), волосовская, фатьяновская, абашевская, позняковская, ранней сетчатой керамики, дьяковская, мерянская, древнерусская.

География

Ивановская область занимает выгодное экономическо-географическое положение в центре Руссокй равнины с преимущественно ровной, местами волнистой поверхностью. Она расположена в бассейнах рек Волга и Клязьма. Волга протекает по северным и восточным районам области, Клязьма – вдоль ее южных окраин. Большинство рек относится к бассейну Клязьмы (Нерль, Уводь, Теза и Лух с притоками). Реки служили естественными путями передвижения и расселения племен от первобытности до средневековья.

На территории области преобладают подзолистые, супесчаные и глинистые почвы и лишь на юго-западе в нее входит часть Владимирского ополья с плодородными темно-каштановыми почвами. Климат области умеренно континентальный, средняя температура июля плюс18 – 19 градусов, января – минус 12 градусов. Область покрывают массивы смешанных лесов, перемежаемые луговыми поймами. Природная среда благоприятствовала становлению охотничье-рыболовческого хозяйства в первобытный период и переходу к скотоводству и земледелию на последующем этапе развития общества.

Исследования

Остатки жизнедеятельности наших далеких предков отложились в земле в виде культурных наслоений на стоянках, селищах и городищах, сохранились в древних захорониениях. Они представляют собой памятники археологии, по которым изучается история, культура и идеология древних племен и народов.

Археологические исследования на территории нынешней Ивановской области начались в середине ХIХ века. В 1851 – 1854 годах А.С.Уваров и П.С.Савельев предприняли грандиозные раскопки курганов Владимиро-Суздальской Руси, охватившие и юго-запад рассматриваемой территории. Полученная при раскопках огромная коллекция послужила основой для обобщающей монографии А.С.Уварова. Сделанный им вывод о принадлежности этих курганов мерянским племенам оказался ошибочным, резко критиковалась впоследствии методика раскопок, но его работа была первой попыткой исторической интерпретации памятников области.

Исследования А.С.Уварова привлекли к курганным древностям интерес и других ученых. В 1863 году К.Н.Тихонравов раскопал большой курганный могильник на территории современного города Иваново, относящийся к тому же кругу древностей. В 80 – 90 годы ХIХ века раскопки курганов в Поволжье предприняла Костромская ученая архивная комиссия. В 1895 – 1896 годах Ф.Д.Нефедов раскопал более 500 курганов, расположенных преимущественно в Ивановском Поволжье. Их работами был открыт новый круг древностей, получивший название костромских курганов, отличающихся от курганов Владимиро-Суздальского ополья.

В эти же годы крупнейший русский археолог А.А.Спицын и археолог-любитель И.А.Голышев изучали грунтовый могильник у села Холуй, а А.А.Спицын, кроме того, обследовал городище Пушкариха у города Юрьевец. В результате были получены первые материалы для характеристики дославянского населения края.

Крупным событием в археологической науке, затронувшим и научные представления о далеком прошлом Ивановской области, явился анализ А.А.Спицыным коллекции А.С.Уварова из владимирских курганов. Он верно определил их как памятники славяно-мерянского населения периода Киевской руси и предложил датировки курганных древностей, во многом сохранившие свое значение до наших дней.

Последними из дореволюционных раскопок на территории области были исследования Ю.Г.Гендуне в 1907 году нескольких курганов в могильнике у Рубского озера.

Изучение памятников археологии возобновилось лишь в 1926 году Иваново-вознесенским научным обществом краеведения. Б.Н.Граков провел исследование Хотимльского грунтового могильника, раскопал несколько курганных могильников, обследовал люнные стоянки неолита и бронзового века у села Холуй в 1928 – 1929 годах О.Н.Бадером, Л.А.Евтюховой и О.А.Кривцовой-Граковой были произведены первые в области раскопки могильников фатьяновской культуры и городища Пушкариха раннежелезного века в городе Юрьевец.

Значительные результаты были получены А.Ф.Дубининым при разведках в бассейнах рек Нерль и Клязьма: были выявлены и обследованы фатьяновские могильники у села Аньково и деревни Змеево, городище у села Малое Давыдовское, древнерусские курганы у деревень Семухино и Зиново. Нельзя е отметить плодотворную деятельность местных краеведов – М.С.Каменева, П.А.Касторского, Н.М.Романова, Д.Е.Чернявского, П.А.Шишлова и многих других, но особенно – директора костромского музея В.И.Смирнова. Их усилиями были обнаружены и обследованы многие памятники, созданы музеи в ряде районных центров.

В послевоенный период изучение археологических памятников Ивановской области становится более планомерным и целенаправленным. А.Ф.Дубынин завершил раскопки Хотимльского могильника. Большую работу по обследованию памятников археологиии провела Е.Н.Ерофеева, раскопавшая также несколько курганных могильников и грунтовый могильник VII – VIII веков у деревни Кочкино. Ею была составлена и первая археологическая карта области. В 1950-е годы экспедицией ЛОИА под руководством Н.Н.Гуриной исследовались памятники различных эпох в зоне затопления Горьковской ЕЭС. С 1959 года до настоящеговремени планомерные исследования археологических памятников различных в зоне затопления Горьковской ГЭС. С 1959 года до настоящего времени планомерные исследования археологических памятников фатьяноской культуры, ведутся раскопки поселений и могильников от эпохи неолита до древнерусского времени. Сотрудниками экспедиции (Е.М.Молодцовой, К.И.Комаровым, Е.Л.Костылевой, П.Н.Травкиным, А.В.Уткиным и некоторыми другими) проведена большая работа по паспортизации археологических памятников, в ходе которой вывлено свыше 200 ранее неизвестных памятников. К настоящему времени в области взято на учет около 350 памятников археологии. С каждым новым полевым сезоном число их увеличивается.

Тем не менее, территорию области нельзя считаль длостаточно полно исследованной в археологическом отношении. В ряде районов, особенно удаленных от крупных водных артерий, сплошные археологические разведки еще не проводились. Наиболее полно исследованы памятники каменного века и древнерусские, причем последние – главным образом по курганным раскопкам второй половины ХIХ века. Слабо изучены поселения, одновременные курганам, памятники раннего железного века. Весьма ограничены сведения об эпохе бронзы. Однако имеющиеся данные позволяют все же наметить основные этапы истории края в древности и начале средневековья.

Каменный век

Мезолит

Вопрос о времени появления человек на территории нынешней Ивановской области еще не решен. Находки в разных местах области костей мамонта и других животных ледникового периода, наличие стоянок эпохи палеолита в соседних Владимирской, Московской и Ярославской областях позволяют надеятся на открытие подобных памятников и на рассматриваемой территории.

Древнейшие поселения человека в Ивановском Поволжье относятся относятся к эпохе мезолита. Они обнаружены в низовьях рек Теза, на Ламенском озере и на Подозерском торфянике в истоке реки Лахость. Мезолит лесной зоны Восточной Европы хронологически связан с окончательным отступлением ледника и началом современой геологической эпохи – голоцена. В абсолютных цифрах он датируется примерно IХ – VI тысячелетиями до нашей эры. Мезолитические памятники области относятся преимущественно к концу этого времени. Климат в эпоху мезолита стал значительно теплее по сравнению с концом ледниковой эпохи, границы ландшафтных зон приблизились к современным. Основой экономики людей в эту эпоху была охота небольшими коллективами на лося, кабана, медведя, бобра, а также на птиц. У спеху охоты способствовало широкое применение лука со стрелами. В поисках добычи мезолитические коллективы часто переходили с места на место. Образ жизни обусловил сплочение их в родовые и семейные общины. Некоторые исследователи относят к эпохе мезолита начало сложения племенной организации.

Мезолитические стоянки невелики по площади и по мощности культурных наслоений. На исследованной раскопками стоянке Малая Ламна 3 самыми распространенными кремневыми орудиями были миниатюрные скребки и резцы на пластинах; много мелких пластинок с ретушью по краям, служившим вкладышами режущих инструментов. В единичных экземплярах найдены грубые рубящие орудия. Геометрические микролиты (трапеции), наконечники стрел на пластинах также миниатюрны. Прослежены остатки кострищ, однок из которых радиокарбонным методом датировано началом VII тысячелетия до нашей эры. По материалам памятников сопредельных территорий можно предполагать, что жилищами служили округлые или подчетырехугольные в плане шалашеобразные сооружения с кострищами на полу.

Неолит

На рубеже VI – V тысячлетий до нашей эры в лесной зоне Восточной Европы мезолит сменяется новым периодом по археологической периодизации – эпохой неолита. Прогресс в развитии часто обозначен появлением посуды из обожженной глины, увеличением ассортимента и совершенствованием техники обработки кремневых орудий, появлением шлифованных орудий из других пород камня. Происходит дальнейшая интенсификация охоты, связанная с совершенствованием стрельбы из лука, новыми приемами охоты, в том числе при помощи разного рода ловушек. Появляются лодки, люди научились плести сети, что способствовало увеличению роли рыболовства в хозяйстве. Расширяются районы обитания человека, возрастает численность и плотность населения, поселения становятся более долговременными. В социальном плане неолитические племена находились на стадии расцвета первобытнообщинного строя.

На территории Ивановской области около 80 неолитических стоянок, многие из которых исследованы раскопками.Они располагаются обычно на низких местах по берегам рек и озер. Исследование таких памятников позволяет утверждать, что неолитические племена Ивановского Поволжья прошли в своем развитии три стадии. К ранней стадии относится верхневолжская культура, к развитой – культура с ямочно-гребенчатой керамикой, к поздней – волосовская культура.

Верхневолжская культура

Верхневолжская культура датируется концом VI – первой половиной IV тысячелетия до нашей эры (по радиоуглероду из кострища стоянки Сахтыш 2 начало второго этапа развития верхневолжской культуры датировано 4220 годом до нашей эры). Она возникла на базе местного мезолита и распространена в Верхнем Поволжье и долине реки Ока. Ее появление совпало с атлантическим периодом голоцена, который характеризовался климатом, значительно более теплым и влажным, чем нынешний, развитием широколиственных лесов и соответствующей фауны (зубр, косуля, благородный олень). Поселения располагались на прибрежных дюнах и возвышениях по берегам рек и озер, обычно на более высоких местах, чем в последующее время. Культурные слои незначительной мощности, на многослойных неолитических памятниках залегают в нижних горизонтах, непосредственно над материком.

Керамика верхневолжской культуры, под третьим номером - каменная плитка

Керамика верхневолжской культуры, под третьим номером — каменная плитка

Кремневые орудия во многом сходны с мезолитическими. Наконечники стрел, вкладыши, резцы, скребки изготовлялись преимущественно на пластинах; господствуют конические и призматические нуклеусы. Большое количество сечений пластин указывает на использование их в качестве вкладышей всевозможных орудий. Наряду с пластинчатой развивается и техника изготовления орудий на отщепах. На стоянках Сахтыш 1 и 2 встречены костяные орудия особых форм, типичных только для верхневолжской культуры.

Глиняные сосуды остордонные, округлодонные и плоскодонные открытого типа, с прямыми или немного расширяющимися кверху стенками, с заостренными и прямыми венчиками, изготовлялись от руки ленточной техникой. Посуда орнаментирована оттисками накольчатых, гребенчатых и зубчатых штампов или прочерченными линиями .составляющими геометрические узоры в виде треугольников, елочек, ромбических решеток. В глине содержатся примеси шамота, песка, толченого камня (дресва) и органики. На сахтышских стоянках выделены три этапа в развитии верхневолжской культуры. Керамика раннего этапа украшена накольчатым орнаментом, в поздний период господствует гребенчато-зубчатый узор.

Жилища верхневолжской культуры имели вид шалаша или чума округлой или прямоугольной в плане формы с очагом в центре, напоминая постройки мезолитических обитателей края. Стены и крыша такого жилища, открытого на стоянке Сахтыш 8, опирались на столбы. Набор орудий и большое количество костей диких животных, птиц и рыб, обнаруженные на стоянках, свидетельствуют об охотничье-рыболовческом хозяйстве.

Ямочно-гребенчатая керамика – льяловская и балахнинская культуры

Во второй половине IV тысячелетия до нашей эры начинается стадия развитого неолита, происходит смена культур: место верхневолжской занимают други неолитические культуры, основным признаком которых является ямочно-гребенчатая керамика, распространившаяся на огромной территории от Белого моря до северной Украины и от Прибалтики до Волго-Камского междуречья. Культуры с ямочно-гребенчатой керамикой, в частности, весьма близкие льяловская и балахнинская, распространенные и в Ивановском Поволжье, знаменуют новый шаг в историческом развитии. Увеличивается число поселений, расширяется их площадь, культурные слои памятников этого времени более мощные. Все это свидетельствует о росте населения, упрочнении его оседлости. Поселения тяготеют к водоемам, концентрируются на выходах рек и озер и на речных протоках, в местах, наиболее удобных для рыбной ловли.

Изделия льяловской культуры

Изделия льяловской культуры

В производстве орудий труда наблюдается значительный прогресс. Наряду с кремнем все шире применяются другие породы камня, в особенности сланец, развивается техника полировки, заточки, пиления и сверления камня. Становятся многочисленными рубящие орудия (топоры, долота, тесла), необходимые для строительства жилищ, лодок идругих работ, связанных с обработкой дерева. Кремневые орудия изготавливаются на отщепах и осколках, имеют двухстороннюю ретушь, расширяется их ассортимент, становятся разнообразными формы. Широко применяются крупные кремневые наконечники копий и дротиков, а также костяные орудия, связанные, прежде всего, с охотой, рыболовством, домашним производством. Таковы гарпуны, рыболовные крючки, долота, землекопные орудия – так называемые «мотыги». В торфяниковых сотянках найдено много деревянных изделий: обломков луков, лыж, ложек, ковшей, в том числе с ручками в виде гусиных голов. Встречаются плетеные из коры, прутьев, кореньев верши, корзины, циновки.

Глиняная посуда остродонная и круглодонная, сосуды имеют котлообразную форму, отдельные экземпляры достигают 70 сантиметров высоты при таком же диаметре горла. Они хорошо обожжены, орнаментированы коническими ямками,нанесенными белемнитами по всему тулову в шахматном или построчном порядке, перемежающимися поясками, оттиснутыми гребенчатыми штампами. Основная примесь к глине – песок и дресва. Жилищами служили теперь большие прямоугольные постройки столбовой конструкции с двускатной крышей, иногда с углубленным в землю полом. Жилая постройка этого времени, исследованная на поселении Сахтыш 1, имела площадь около 200 квадратных метров. В жилищах находились очаги, возле которых найдены сосуды, вкопанные в земляной пол. По периметру стен иногда сохраняютс остатки нар-лежанок, застланных мхом.

Главным занятием населения остаются охота и рыболовство. В связи с некоторым

Керамика балахнинской культуры

Керамика балахнинской культуры

похолоданием в этот период широколиственные леса, господствовавшие в раннем неолите, уступают место смешанным, впрочем, с преобладанием широколиственных пород. Благородный олень, зубр и другие обитатери широколиственных лесов отступили к югу. На поселениях Ивановского Поволжья эпохи развитого неолита в большом количестве встречены кости северного оленя и куницы. В охоте широко использовалась собака, кости которой найдены на ряде памятников. Особенно большое значение приобретает рыболовство. Об этом свидетельствует огромное количество чешуи и костей рыб на стоянках и находки довольно совершенных орудий рыболовства. Видимо, этот вид хозяйственной деятельности обеспечивал и большую, чем в мезолите и раннем неолите, оседлость. Первые неолитические погребения, исследованные на сахтышских стоянках, относятся к позднему этапу льяловской кульутры. Безынвентарные трупоположения помещались в неглубокие подпрямоугольные ямы вытянуто на спине. Один костяк из могильника Сахтыш 2 датирован по радиоуглероду 4110 годом до нашей эры.

Вопрос о происхождении культур с ямочно-гребенчатой керамикой остается дискуссионным. Некоторые исследователи считают место их возникновения Волго-Окское междуречье. По гипотезе Д.А.Крайнова исходной территорией этих культур является северная половина лесной зоны Восточной Европы (район озер Белое, Онежское, Лача, Воже). Одной из причин продвижения носителей культур с ямочно-гребенчатой керамикой в южную половину лесной зоны восточной европы, вначале, видимо, в Волго-Окское междуречье, было изменение природных условий, похолодание климата и повышение уровня воды в реках и озерах. По радиоуглероду ранний строительный горизонт поселения Сахтыш 1 датируется 3200 годом до нашей эры, поселения Сахтыш 2 – 3430 – 3330 годами до нашей эры. Второй льяловский горизонт поселения Сахтыш 1 – датирован 30502 – 2900 годами до нашей эры.

Волосовская культура

К третьей стадии неолита относится волосовская культура, сменившая в середине III тысячелетия до нашей эры в Ивановском Поволжье льяловскую и балахнинскую. По вопросу ее происхождения также существуют различные точки зрения. Так, О.Н.Бадер, А.Х.Халиков, П.Н.Третьяков, В.П.Третьяков и ряд других исследователей местом формирования волосовской культуры считают Прикамье, И.К.Цветкова – долину Оки. По предположению Д.А.Крайнова, эта культура образовалась в Волго-Окском междуречье в результате смешения двух разноэтничных группировок населения – верхневолжской и льяловско-балахнинской. Первый этап ее условно назван протоволосовским, второй – ранним волосовским, третий – поздним волосовским. Последний относится уже к эпохе энеолита и ранней бронзы. Время существования поселений и могильников Сахтыш 1, 2 и 8, относящихся к волосовской культуре, по радиоуглероду определено в интеревале после 2620 до 1870 годами до нашей эры.

Наконечники волосовской культуры

Наконечники волосовской культуры

Развитие волосовской культуры совпало с новым климатическим периодом голоцена – суббореальным. В то время происходит некоторое похолодание и уменьшение влажности. Понизился уровень воды в водоемах, озера стали интенсивно заболачиваться, на их месте образовывались торфяники. Впрочем, климат оставался более теплым, чем нынешний. Волосовские племена расселились в лесной зоне от Волго-Камья до Прибалтики, но основная масса их обосновалась в междуречье Волги и Оки. Поселения волосовской культуры нередко находятся в тех же местах, что и в предыдущий период, но появляются и новые. Размеры поселений значительно увеличиваются, культурные слои достигают мощности 0,5 – 1,5 метров, что свидетельствует о прочной оселости. Жилища волосовцев – большие столбовые постройки с углубленным в землю полом и несколькими очагами, иногда сложной конструкции. Нередко жилища соединялись узкими крытыми переходами. Полы часто посыпались речным песком.

Обработка камня у волосовских племен достигает расцвета. Наряду с увеличением разнообразия орудий отмечается их стандартизация. Развивается особая струйчатая техника нанесения ретуши, орудия приобретаю совершенную форму. Широко применяются комбинированные орудия (ножи-скребки, ножи-скобели-резчики, ножи-сверла). При раскопках встречены клады одинаковых орудий, вышедших из-под руки одного мастера, что свидетельствует о намечающейся специализации труда. Весьма совершенны и разнообразны орудия из кости и рога: наконечники стрел, гарпуны, рыболовные крючки. На многих памятниках найдены кремневые и костяные фигурки животных, птиц и рыб, выполненные в реалистическом стиле и являющиеся подлинными произведениями искусства. Антропоморфные фигурки, наоборот, весьма условны. Много украшений из кости, зубов животных, янтаря.

Керамика волосовской культуры на позднем этапе круглодонная, с раковинной примесью в тесте, на позднем – плоскодонная, с утолщенными венчиками и растительной примесью. Основными элементами орнамента являются разнообразные ямчатые вдавления, оттиски зубчатого и рамчатого штампов, шагающей гребенки, образующие композиции в виде елочных узоров, геометрических фигур.

Погребения племен волосовской культуры уже достаточно хорошо изучены. Они располагаются рядом со стоянками, иногда непосредственно на их площади. Самые крупные могильники исследованы на стоянках Сахтыш 2 (17 погребений), Сахтыш 2а (50 погребений), Сахтыш 8 (более 40 погребений и следы от разрушенных костяков). Погребенных клали вытянуто на спине в неглубокие могилы или прямо на расчищенную поверхность, присыпая их грунтом (глубина от современной поверхности от 15 до 40 сантиметров). Отдельные погребенные лежали скорченно на боку, что объясняется влиянием фатьяновского обряда. Ориентировка погребений разная: в могильнике Сахтыш 8 – на восток, иногда на север, в могильнике Сахтыш 2 определенной закономерности не просматривается. Отмечены случаи частичного расчленения трупов при погребении. Под костяками часто находят красную краску, символизирующую кровь .Около некоторых могил прослежены ритуальные кострища и ямы от столбов – возможно, «идолов». Некоторые погребения перекрыты кострищами со следами жертвоприношений, а отдельные кости скелетов сильно обожжены. Около могил находили клады кремневых орудий, развалы сосудов, иногда с костями животных, углями, украшениями, красной охрой. Женские погребения, особенно ранние, сопровождались украшениями в виде пронизок, пуговиц и подвесок из кости, зубов животных, каменных пластинок балтийского янтаря. Ритуально-погребальные комплексы – «святилища» обнаружены на территории могильников Сахтыш 2 и 2а. По радиоуглероду отдельные погребения датируются в интервале от 2590 до 1870 годов до нашей эры.

Основу экономики волосовских племен по-прежнему составляли охота и рыболовство. Но в изготовлении орудий труда, приемах трудовой деятельности в этот период был достигнут существенный прогресс, интенсивно развивался обмен с окружающими племенами. Мировоззрение волосовцев, как свидетельствуют археологические материалы, включало в себя целую систему анималистических культов и сложных обрядов. На позднем этапе развития культуры они овладели обработкой меди и бронзы.

Вопрос об этнической принадлежности неолитического населения Ивановского Поволжья еще далек от разрешения. Можно лишь отметить, что ряд исследователей предполагает наличие здесь уже в неолите племен, говоривших на финно-угорских или пра-финно-угорских языках. Часть ученых считают таковыми носителей культур ямочно-гребенчатой керамики, другие – волосовцев. Последние, как показывают исследования черепов из могильников, в антропологическом отношении были европеоидами с незначительно выраженной лапоноидностью.

Бронзовый век

Фатьяновская культура

Примерно на рубеже III – II тысячелетия до нашей эры на территорию Верхнего Поволжья вторгаются племена, культура которых получила в науке название фатьяновской. Эти племена составляли часть большой культурно-исторической общности, условно называемой «культурами боевых топоров и шнуровой керамики», распространенной на огромных пространствах Европы от Рейна до Камы. Племена этой общности были знакомы с выплавкой меди и бронзы, авно освоили земледелие и животноводство. Анализ археологических материалов позволяет предполагать, что все эти племена уже вступили в стадию разложения первобытнообщинного строя. Предполагают, что говорили они на близких диалектах индоевропейской языковой семьи. Ивановская область входит в ареал верхневолжской группы фатьяновской культуры.

Каменные изделия фатьяновской культуры

Каменные изделия фатьяновской культуры

Поселения фатьяновцев в Ивановском Поволжье неизвестны, но в волосовских слоях неолитических стоянок встречаются фатьяновские вещи и керамика, указывающие на пребывание здесь носителей эотй культуры. Могильники фатьяновцев располагаются на высоких коренных холмах. В области насчитывалось несколько десятков таких могильников и около 300 местонахождений отдельных фатьяновских вещей, прежде всего топоров. Наиболее известны могильники Горкинский, Дьяковсий, Змеевский, Ильинско-Хованский, Кривцовский, Милославский, Мытищинский, Скомороховский, Тимофеевский. Количество могил в них колеблется от 3 до 30. Как правило, они исследовались уже после их частичного разрушения карьерными работами, в ходе которых эти памятники, не имеющие внешних признаков, выявлялись. В настоящеее время на территории области не известно ни одного сохранившегося могильника. Лишь некоторые из них были исследованы археологами. В деревне Дьяково Ивановского района Д.А.Крайнов исследовал одну сохранившуюся могилу, в Княгининском могильнике была исследована одна могила и вскрыто 11 ям с обломками костей и углями, четыре погребения раскопано в кривцовском могильнике, две могилы – у деревни Милославка, 17 могил – у деревни Тимофеевка. Могильник у деревни Мытищи в Комсомольском районе исследовали О.Н.Бадер и Н.П.Милонов, а позже – Д.А.Крайнов. Здесь открыты три погребения. О.Я.Кривцова-Гракова раскопала 15 могил в могильнике у деревни Горки в Фурмановском районе. Три могилы, стенки которых были обмазаны глиной, исследовал Д.А.Крайнов у деревни Скоморохово, одна могила открыта Л.А.Евтюховой при раскопках городища Пушкарха у города Юрьевец. Во многих местах во время земляных работ или при случайных обстоятельствах находили отдельные вещи фатьяновской культуры, главным образом сверленые топоры. Принадлежность по крайней мере части из них разрушенным погребениям несомнена. Значительное количество находок фатьяновской культуры свидетельствует о довольно большой плотности заселения ими Ивановского Поволжья. Местные племена были частично вытеснены, но часть их, вероятно, продолжала жить на прежних местах, по соседстсву с фатьяновцами.

Погребения фатьяновцев совершались в глубоких могильных ямах, часто – в особых погребальных сооружениях, сделанных из луба, дерева, бересты или прутьев. Умерших хоронили в скорченном положении, мужчин – на правом боку, головой на запад, женщин – на левом, головой на восток. С мужчинами клали полированные боевые топоры-молоты со сверлиной для рукояти, кремневые клиновидные топоры, ножи, костяные орудия, глиняную посуду. В центральной части могильников обычно находились могилы вождей, сопровождавшиеся прекрасными длиннолопастными каменными топорами или медными вислообушными, особой посудой. С пастухами нередко хоронили собак, помогавших им в охране стад. В женские погребения ставили много сосудов, клали вещи домашнего обихода, украшения из зубов и костей животных, янтаря, меди. В могилах часто встречаются кости домашних животных – остатки мясной пищи, сопровождавшей покойников. Большое количество углей в могилах говорит о важной роли огня в погребальном обряде.

Фатьяновская культура целиком относится к бронзовому веку. В могилах встречаются медные и бронзовые топоры, копья, шилья, браслеты, перстни, шейные гривны, пронизки. Имеются веские доказательства того, что эти изделися производились самими фатьяновцами. Медную руду они поулчали со Средней Волги или из Вятско-Ветлужского междуречья. Наряду с бронзовыми продолжали изготовляться весьма совершенные орудия из камня и кости. Фатьяновцы владели техникой пиления, сверления, заточки и полировки самых твердых пород камня. Специальные полировальные плиты встречены во многих могильниках.

Глиняная посуда пришельцев-фатьяновцев резко отличается от посуды местных племен. Сосуды изящны, тонки, пропорциональны, хотя изготовлялись от руки ленточной техникой. Формы их различны: высокошейные с прямой и отогнутой раструбом шейкой и округлым туловом, низкошейные шаровидные, чашовидные в виде низкой тарелки. Вся посуда орнаментирована шнуровым, нарезным и штампованным узором. Высокошейные сосуды украшались чаще всего по шейке и в верхней части тулова, иногда до его середины, шаровидные – по плечикам, а также лопастным узором по тулову. На шаровидных сосудах иногда есть утолщения, имитирующие ручки. На днищах многих сосудов имеется солярный орнамент в виде кругов, лучей, свидетельствующий, веродятно, о наличии культа солнца.

Ведущую роль в хозяйстве фатьяновских племен играло животноводство. Они разводили крупный и мелкий рогатый скот, свиней, а позднее – и лошадей. Им было знакомо и земледелие, которое было, вероятно подсечным. В социальном развитии фатьяновское общество значительно опережало местные охотничье-рыболовческие племена. Фатьяновцы жили родами, подразделявшимися на большие патриархальные семьи. Роды объединялись в племена, возможно, существовали союзы племен, управдявшиеся выборными вождями. Исследователи констатируют у фатьяновцев определенное имущественное неравенство, выделение экономически более сильнйо родо-племенной верхушки. У них существовали культы солнца, предков, медведя. Для мировоззрения фатьяновцев характерна вера в загробную жизнь. В антропологическом отношении они принадлежали европеоидам.

Фатьяновская культура просуществовала более 500 лет и оставила глубокий след в древнейшей истории Волго-Окского междуречья. Фатьяновцы принесли сюда навыки животноводства, земледелия, металлургии, новую организацию общества. Эти културные новшества постепенно были заимствованы от фатьяновцев и местными племенами Ивановского Поволжья.

Абашевская культура

Изделия абашевской культуры

Изделия абашевской культуры

Во второй половине II тысячелетия до нашей эры, в позднем бронзовом веке, на территорию лесной полосы Восточной Европы вторгается еще одна группа пришлых с юга племен, получивших в археологии название «Абашевских». Абашевская скотоводческо-земледельческая култура сформировалась в лесостепи Подонья и Среднего Поволжья, принадлежала, скорее всего, индоевропейским, возможно, — ираноязычным племенам. Постеменно она распространяется на Южный Урал и в Зауралье и перерастает в огромную культурно-историческую общность, в которой выделяются группы, иногда также называемые «культурными»: доноволжская, средневолжская и уральская. Отдельные группы абашевских племен вклиниваются и в лесные районы поволжья.

Здесь были найдены маленькие серебряные желобчатые несомкнутые подвески, каменный сверленый топор фатьяновскго типа, разбитые глиняные сосуды. Большим достижением абашевцев было освоение зауральскимх месторождений меди и распространение уральского металла в лесной зоне Восточной Европы. С этого времени завязываются устойчивые связи Приуралья с Волго-Окским междуречьем и начинается регулярное поступление уральского металла на Верхнюю Волгу и далее на запад. В эпоху поздней бронзы в бассейне Верхней Оки в результате синтеза местных племен и пришлого, по-видимому, ираноязычного, населения степной срубной культурно-исторической общности сформировалась поздняковская культура. Хозяйство поздняковских племен базировалось на животноводстве и земледелии, им была известна выплавка меди и бронзы, сырье для которой поступало с Южного Урала и из Северного Казахстана.

Позняковская культура

Сосуды поздняковской культуры

Сосуды поздняковской культуры

В последней четверти второго тысячелетия до нашей эры часть поздняковски плмен продвинулась в Волго-Окское междуречье. Памятники этой культуры на етрритории нынешней Ивановской области немногочисленны. Керамика и некоторые орудия труда, кторые можно связывать с поздняковскими племенами, найдены, например, в верхних горизонтах стоянки Сахтыш 2 и поселения у поселка Сокольское. Предполагают, что поздняковские племена сыграли значительную роль в распространении производящего хозяйства на территории Волго-Окского междуречья.

Культура ранней сетчатой керамики

Керамика ранней сетчатой культуры

Керамика ранней сетчатой культуры

Развитие местных племен с ямочно-гребенчатой керамикой и волосовских не без влияния пришлого населения привело в эпоху бронзы к существенному изменению их материльной культуры. Постепенно распространяются навыки ведения производящего хозяйства, хотя охота и рыболовство продолжают оставаться основой экономики. С середины II тысячелетия до нашей эры на Верхней Волге распространяется совершенно новая керамика, характерной чертой которой было наличие на внешне поверхности сосудов отпечатков либо тканей из растительного волокна, либо оттисков особых штампов, напоминающих отпечатки ткани или сетки. Такая керамика получила название «текстильной», «ложнотекстильной» или «сетчатой», а культура эпохи поздней бронзы, характеризующаяся такой керамикой – «культуры ранней сетчатой керамики». В связи с распространением орудий из меди и бронзы к концу второго тысячелетия до нашей эры высокая техника обработки камня постепенно была утрачена. Следы культуры ранней сетчатой керамики в виде обломков глиняной посуды, «деградирующих» каменных орудий и некоторых других вещей имеются в верхних слоях почти всех наиболее крупныъ неолитических поселений Ивановского Поволжья. Особенно многочисленны они на поселении Сахтыш 2, где одно из котрищ этой клуьтуры по радиоуглероду датируется 1330 годом до нашей эры. Племена культуры ранней сетчатой керамики рассматриваются археологами как финно-угорские.

Ранний железный век

В начале I тысячелетия до нашей эры в лесной зоне Восточной Европый осваивается выплавка железа из местных болотных руд, начинается новая эпоха по археологической периодизакции – ранний железный век. Начало железного века совпадает с формироваием климата, весьма близокого к современному. Границы подзон лесной полосы заняли нынешнее положеие. В Ивановском Поволжье были распространены в то время смешанные леса с преобладанием хвойных пород. В рассматриваемом регионе ранний железный век был временем развития специфического лесного земледелия и животноводства, которые постепенно заняли ведущее положение в экономике, временем дальнейшего разложения первобытнообщинного строя.

Дьяковская культура

Вся территория нынешней Ивановской области была занята в раннем железном веке племенами дьяковской культуры, занимавшей значительные районы Верхнего Поволжья, Волго-Окского междуречья, возможно – Валдайской возвышенности.

Дьяковская культура

Дьяковская культура

Начальный этап этой культуры в настоящее время принято датировать VIII – VI веками до нашей эры. Характерными памятниками ее являются укрепленные поселения – городища, встречаются и неукрепленные поселки – селища. Городища устраивались на высоких мысах речных берегов и останцах в пойме. С напольной стороны они защищались одним, иногда – двумя-тремя радями валов и рвов. По гребню валов, а часто и по краям площадки, городища огораживались бревенчатым тыном. Селища располагались на возвышенностях и дюнах по берегам рек.

Раскопками исследовались Мало-Давыдовское, Петрово-Городище, Серюптинское, Юрьевецкое (Пушкариха) городища, Сокольское селище, а в последнее время и Пеньковское городище. По гребню вала городища дополнительно защищались одним-двумя радами вертикально поставленных столбов, а по периметру – бревенчатым тыном или длиннми домами-стенами срубно-столбовой конструкции. Углубленные в землю или наземные жилища столбовой и срубно-столбовой конструкции размерами от 2,25 на 3,4 до 4 на 4 метра отапливались открытыми очагами.

Первоначально племена Дьяковской культуры при производстве орудий труда еще широко применяли кость, а иногдаи камень, позднее их окончательно вытесняет железо. На поселениях открыты следы местного производства железа: развалы примитивных домниц из камня с глиняной обмазкой, оплавленные глиняные сопла, железные крицы и шлаки. Из железа изготавливались втульчатые топоры-кельты, двушипные наконечники стрел и дротиков, серпы, ножи. Основой хозяйства стало придомное скотоводство, развивается земледелие, охота и рыболовство постепенно превращаются в подсобные промыслы, но еще имеют важное значение.

Основным типом глиняняной посуды дьяковцев были слабопрофилированные плоскодонные горшки с усеченно-коническим туловом баночной формы, изготовлявшиеся вручную. Большая часть сосудов по поверхности покрывались отпечатками грубой ткани – это так называемая «сетчатая» или «текстильная» керамика. По сетчатому фону на плечиках часто наносились мелкие ямчатые вдавления и оттиски зубчатого штампа. Реже встречается круглодонная приземистая посуда с широким горлом, широко распространенная в районах Прикамья. Изредка находят на городищах посуду со штрихованной поверхностью. В глине содержится крупнозернистая примесь дресвы и песка, от которой поверхность становилась шероховатой. На позднем этапе равития дьяковской культуры, в первой половине I тысячелетия нашей эры, сетчатая посуда была вытеснена гладкостенной.

Племена дьяковской культуры принадлежали к финно-угорской языковой группе. На рубеже V – VI веков эта культура перерастает в раннесредневеквую культуру мери – племени или союза племен поволжских финно-угров. На юге области, в низовьях рек Теза и Лух, известны памятники муромы, другого финно-угорского племени, близокого к мордве. Здесь меря и мурома жили практически на одной территории.

Мерянская культура

Меря впервые упоминается в труде историка VI века Иордана. Русская летопись определяет места ее расселения в области озера Ростовское (Неро) и Плещевка (Клещино). Более поздние источники знают мерю в районе озер Галичское и Чухломское. Следы пребывания мери сохранились в топонимике и гидронимии Ярославской, костромской, Владимирской, Ивановской и Московской областей, а также в названиях «мерских станов» документов ХVI – ХVII веков.

Предметы мерянской культуры

Предметы мерянской культуры

Мерянскую культуру на территории области можно относить ко времени от рубежа V – VI до Х – ХI веков нашей эры, то есть до времени массового расселения здесь славян. Основным типом поселений становятся открытые селища, но продолжают функционировать некоторые городища, сооруженнные еще в дьяковское время, сохраняются древние приемы домостроительства и типы жилищ, техника изготовления керамической посуды. По сравнению с дьяковским временем увеличивается количество металлических изделий, совершенствуются типы орудий труда, быта, оружия, складывается своеобразные тип мерянской одежды и набор украшений.

В верхнем горизонте слоя городища у села Малое Давыдовское раскопками А.Ф.Дубынина открыты остатки углубленного в землю жилища с очагом, сложенным из камней, в некотором найдены евщи, половинка арабского диргема 918/919 годов и бусы, датируемые Х – ХI веками, что позволяет в целом датировать верхний слой памятника Х – ХI веками. Жизнь на Пеньковском городище, по всей видимости, продолжалась до конца ХII – начала ХIII веков.

Для мери характерны грунтовые могильники. На территории области исследовался могильник у села Хотимль, в котором было вскрыто 24 погребения, совершенные по обрядам трупопосожжения и трупоположения. Сожжения совершались в особых кремационных ямах, пережженные кости с остатками погребального костра ссыпались на дно могилы, вещи складывались в кучки на остатках сожжения. В трех могилах отмечено частичное сожжение: с кальцинированными костями захоронены черепа, не подвергшиеся воздействию огня. В могилах с трупоположениями костями ориентированы черепами на восток, юго-восток и юг – юго-восток. В одной могиле обнаружено захоронение коня. В заполнении могил неоднократно встречались зубы и другие кости коня и челюсти с удилами. В женском погребении найдена костяная подвеска, изображающая коня. Ритуальные захоронения коней известны у восточных финнов с VI века, особенно широко они были распространены у муромы в VIII – IХ веках.

В мужских погребениях могильника были найдены: двулезвийный меч; втульчатые наконечники копий, одно- и двушипные, с ромбическим и листовидным пером; наконечники стрел – трехлопастные и прямые срезни; топоры (кельты и проушные); ножи; пластинчатые и овальные дротовые кресала; тесло; рыболовный крючок, оселок. Женские погребения сопровождались проволочными височными кольцами, разнообразными по форме шейными гривнами, нагрудными бляшками и подвесками с привесками в виде колокольчиков, подковообразными фибулами, браслетами, в том числе спиральными, перстнями, бусами и другими украшениями, различными поясными накладками и пряжками. В ногах ставились лепные горшки приземистых форм. Интересно погребение женщины-литейщицы.

Два могильника на территории области отнесены к древностям муромы. При раскопках Холуйского могильника в конце ХIХ века были найдены втульчатые наконечники копий с ромбическим и двушипным пером, обломок однолезвийного меча, топоры-кельты, двузвенные удила, ножи, круглая железная пряжка, медная ажурная фибула, привески-колокольчики, поясные накладки, серебряная крестовидная и медная подковообразная фибулы, налобный венчик из двойной спирали с трапециевидными привесками, браслеты, плетеная коньковая шумящая подвеска. Для могильника характерны трупоположения с северной-северо-восточной и юго-восточной ориентировкой. Другой исследованный раскопками муромский могильник – Кочкинский.

Основными занятиями мерянского и муромского населения были скотоводство, охота, рыболовство и земледелия, вероятно подсмечное. Произвдство железа из местных болотных руд в Х – ХI веков, видимо, выделились в самтостоятельную отрасль хозяйственной деятельности. Известны поселения, которые специализировались на выделке железа: Сокольское, Тумовское в Муромском районе Владимирской области. Изготовлением производственного инвентаря и оружи занимались кузнецы-профессоиналы в общинных кузницах, обслуживая нужды своей обощины. Широкое развитие получают ювелирное и медно-литейное ремесла. Были известны приемы литья по восковой модели и в каменных формочках.

Медно-литейное ремесло первоначально, вероятно, было делом женщин-литейщиц. К Х веку оно сосредоточилось уже в руках мужчин. Сырье для него получали путем натурального обмена. Меря и мурома к Х веку переиживали последнюю ступень разложения первобытнообщинного строя, стояли на пороге класообразования и образования государства.

Древнерусская культура

С Х века в междуречье Волги и Клязьмы начинается массовое рассление славян. Этот процесс связан с укреплением Киевской раннефеодальной державы, стремившейся к расширению сферы феодальной эксплуатации, обложению свободных общинников податями. Стремясь избежать феодальной эксплуатации, славянские общинники уходили в новые места, в том числе занятые иноязычным населением.

Проникновение славян в Ивановское Поволжье носило первоначально мирный характер, сопровождалось установлением дружественных, в том числе брачных, связей между славянами, с одной стороны, мерей и муромой – с другой, появлением смешанных славяно-мерянских и славяно-муромских поселений, которые изучались археологически. Но следом шла княжеская колонизация края, не замедлившая включить новые земли в орбиту феодальной государственности. Новые социально-экономические отношения нарушили племенную организацию мери и муромы. Меря быстро славянизировалсь и как народность уже в ХII веке утратила самостоятельность. Такова же была судьба муромы.

Славяне принесли с собой новый, курганный обряд погребения. Курганные могильники на территории области многочисленны и являются важным археологическим источником по истории деревни Ивановского Поволжья древнерусского времени. Они отражают, в частности, процесс смешения славян с местным населением мери и муромы. В последнее время стали известны и поселения этого времени – селища, располагавшиеся первоначально на береговых террасах или на кромке коренного берега непосредственно над рекой, иногда вдоль берега ручья или озера, но всегда недалеко от воды. Поселения на водоразделах стали появляться не ранее ХIII века, что было связано с необходимостью приближения их к пахотным угодьям. Жилища на таких памятниках в области исследовались на поселении в городе плес. По конструкции они единообразны для всей Руси. Это небольшие срубные постройки наземного типа или полуземлянки площадью 12 – 20 квадратных метров. Такие постройки известны, например, на памятниках соседней Владимирской области. Отапливались жилища печами-каменками, по-черному. На селищах обычно находят множество обожженных камней от развалов печей. Позднее получают большее распространение глинобитные печи. В таком жилище проживала небольшая индивидуальная семья.

По устройству, характеру погребального обряда и инвентаря курганные могильники Ивановской области делятся на две локальные группы. На юго-западе области, в регионе Суздальского ополья, они называются «владимирскими». Могильники Ивановского Поволжья появились позднее и входят в ареал так называемых «костромских» курганов. Указанные различия отразажт истоки и направления славянской колонизации края: юго-запад отласти заселялся кривичами с некоторой долей словен новгородских, а Поволжье – новгородскими словенами с заметной примесью славянизированных финно-угорских плменен чуди и веси. Существенное значение в указанных различиях имело, вероятно, и отличие мери нерльской от мери костромской, отражавшие племенное деление мерянского этноса.Малое Давыдовское городище

Курганные могильники области состоят из насыпей полусферической формы высотой, как правило, до 2,5 метров, диаметром до 14 – 15 метров, с кольцевыми или прерывистыми ровиками вокруг них. Часть курганов юго-запада облати и практически все курганы Приволжья по основанию обложены валунами – обычай, привенесенный сюда новгородскими словенами. Располагались могильники близ поселений, на возвышенных местах.

Курганы юго-запада области более древние. Они возникают около середины Х века. В этом время основным обрядом погребения было сожжение умерших. Такие курганы известны лишь на юго-западе области, где славянская колонизация началась раньше. К ХI веку этот обряд заменяется трупоположением, что связывается с христианизацией славянского населения. Однако трупосожжения встречаются и позднее в качестве пережитка.

Одним из самых ранних и самых крупных на территории области является Шекшовский могильник, раскопанный в 1952 году А.С.Уваровым. Он состоял из 244 курганов, расположенных на высокой террасе левого берега реки Урда. Трупосожжения отмечены в 92 курганах, причем в 17 случаях под одной насыпью было захоронено по нескольку остатков сожжений. Пережженные кости с углями от погребального костра рассыпались на древней поверхности в основании насыпей. Среди костей обнаруживались пережженные и оплавленные в огне вещи, в большинстве свеом неопределяемые. В погребения с трупоположениями покойников клали головами на запад с вытянутыми вдоль тела или сложенными нагруди руками, иногда – в деревянных гробовищах. В мужских погребениях, наряду с деталями одежды и бытовыми вещами, встречались оружие (наконечники стрел и копий, топоры) и торговый инвентарь (весы, гирки). В одном из погребений обнаружено глиняной кольцо, имевшее, как предполагают, ритуальное назначение.

Женские погребения сопровождали разного рода украшения: височные кольца из бронзы и серебря, железные и витые бронзовые гривны, стеклянные цветные, пастовые и сердоликовые бусы, браслеты и перстни из бронзы, серебра, стекла, и железа, многочисленные подвески, в том числе так называемые мерянского типа в виде коньков, ажурных треугольнков и перстней с привесками (бутылковидными, из треугольных бляшек и бубенчиков). В нескольких погребениях в качестве подвесок употреблены восточные и западноевропейские монеты Х и ХI веков. Как в мужских, так и в женских погребеениях обычны ножи, глиняные горшки, а изредка – деревянные ведра с железными обручами и дужками.

Обряд трупосожжения зафикирован также у сел Шелебово и Мирославль. Шелебовский могильник состоя из 271 кургана. Трупосожжения были обнаружены только в восми из них. Курган у села Мирославль, имевший высоту 3,5 метров, содержал частичные трупосожжения, расположенные в шесть ярусов: три слоя жженных костей последовательно перемежались тремя слоями с захоронениями черепов. Вероятно, в этом кургане отразился древний финно-угорский обряд погребения.

Могильники, возникшие в ХI веке, меньше по размерам. Самый большой из них, находившийся на склоне левого берега реки Уводь, на территории современного города Иваново, насчитывал 164 насыпи. Могильник у деревни Семухино насчитывал 51 курган. В этих, как и в других синхронных могильниках, также нередко встречаются, наряду с типично славянским, и финно-угорские украшения, указывая на известную смешанность населения.

Могильники 12 – начала 12 века обычно включают до 10 – 12, редко – до 20 курганов. Количество могильников этого времени увеличивается, что отражет процесс освоение новых земель. Погребальные инвентарь в курганах 12 – 13 веков становится беднее и постепенно исчезает. В ожерельях встречаются круглые и квадратные литые подвески-образки и крестики. Характерны находки фрагментов золототканой тесьмы и шелковых тканей с золотой вышивкой, бывших предметами византийского и восточного импорта. Они шли на отделку одежды: оторочку воротников, рукавов, головных уборов, нагрудных украшений.

Анализ погребального обряда и вещевых находок в погребениях позволяет предполагать, что расселение славян на юго-западе Ивановской области шло из Суздальского Ополья по берегам реки Нерль и Ирмес и далее по долинам рек Раек и Койка в направлении к озере Сахтыш и Рубское. Дальнейшее продвижение шло по долинам и притокам рек Уводь и Теза.

В приволжских районах области курганный обряд погребения появляется только в 12 веке. Могильники здесь небольшие, насчитывают от 6 до 25 насыпей, что свидетельствует о малодводности поселений. Часто могильники концентрируются гнездами от двух – трех до восьми. Многие насыпи по основанию обложены валунами. Курганы содержат трупоположения на материке или в насыпях, позднее – в неглубоких могильных ямах. Ориентировка погребений западная, но встречается и иная – северная, восточная, южная. Известны отдельные захоронения в сидячем и скорченном положении.

Характерная особенность приволжских курганов – обилие разнообразных зооморфных подвесок с привескамив виде птичьих лапок, треугольничков, бубенчиков и колокольчиков. Своеобразная материальная культура Костромского и Ивановского Поволжья, как уже указывалось, сложилась в результате смешения пришельцев-славян с разными группами местного и пришлого финно-угорского населения. В результате этого процесса возобладал славянский элемент.

Славянская колонизация приволжских районов области шла с северо-запада, из Новгородской земли. В потоке славянских переселенцев было немало частично уже ославяненного прибалтийского финно-угорского населения – води, ижоры, корелы. С новгородской традицией связано устройство кольцеовой каменной кладки в основании курганов. Погребения в сидячем и скорченном положении привнесены ижорой, входившей в состав Новгородской земли. Украшения в виде плоских прорезных и объемных уточек, ажурных и полых объемных коньков в курганах Ивановского Поволжья связывают по происхождению с Приладожьем. Поволжские мастера переработали их в местные формы. Особенно показательно развитие мстных форм «коньков-птичек», и «коньков-барашков» из приладожских и новгородских образцов.

В верховьях рек Уводь и Теза по материалам Вознесенского и Семухинского могильников отмечается компактная зона, в которой северо-западный колонизационный поток сталкивался с юго-западны, шедшим из Владимиро-Суздальского Ополья, речь о котором шла выше. Для этих могильников характерны большие крутобокие курганные насыпи с погребениями, в инвентаре которых всречаются восточные монеты-подвески, стеклянные браслеты, парчевые ткани, центром распространения которых на северо-востоке Руси была Ростово-Суздальская земля. С южной традицией связаны и находки в этих курганах литых подражаний бусинным височным кольцам городских ипов, литых подвесок-образков, ажурных петушков с шумящими привесками. В южный поток славянской колонизации была вовлечена и летописная меря, практически полностью славянизированная в ХII веке. С ростовской мерей Е.А.Рябинини связывает распространение в Поволжье курганов овальной формы. Находки в курганах Кинешемского Поволжья захоронений отдельных черепов и частично расчлененных костяков находят наибольшее сходство с обрядом погребения в кургане у села Мирславль и, несомненно, отражают традиции окско-клязьминских финно-угров. Заселение Поволжья на участке Юрьевец-Пучеж, видимо, шло с юга, от Городца Радилова.

Как уже указывалось, характерной чертой курганов Ивановской области является наличие при погребениях многих типов украшений, характерных для финно-угров. Часть из них была распространена у финно-угров всего восточноевропейского Севера. Таковы горизонтальные и трубчатые игольники, конусовидные подвески с привесками из колокольчиков и бубенчииков, подковообразные фибулы, копоушки, многочисленные каркасные, кольчатые и спиральные треугольные подвески с шумящими привесками, считающиеся характерными украшениями Ростово-Суздальской мери. Но костромской их вариант отличается своеобразной формой и пропорциями и является продуктом местного ремесла.

Другие украшения из курганов области – височные кольца, шейные гривны, браслеты, перстни – принадлежат к общерусским типам. Среди височных колец имеется небольшое количество ромбощитковых и овальнощитковых, характерных для новгородских словен. Бусинные височные кольца – гладкие, литые ложнобусинные, зерненые, гладкие со сканью, узелковые – являются подражанием городским украшениям Ростово-Суздальской земли. Лунницы, круглые крестовключенные и монетовидные, орнаментированные подвески распространены на всей территории Руси. Круглые решетчатые подвески происходят из Новгородской земли. Обычны и крестовидные подвески, чаще литые рельефные, небольшого размера. Вместо с круглыми и квадратными иконками все эти символы христианского культа проникали с юга, в том числе из Владимира, но в Поволжье они играли часто роль языческих амулетов-оберегов. Бусы сравнительно немногочисленны, обычно 10 бусин в ожерелье. Среди них преобладают цветные стеклянные, встречаются сердоликовые, хрустальные. Заметную группу украшений составляют браслеты и перстни. Большая часть браслетов – бронзовые пластинчатые, очень редки стеклянные. Перстни также бронзовые, в большинстве ложновитые.

Из предметов производственного и бытового назначения в курганах встречаются ножи, кресала, топоры, серпы, бронзовые и железные поясные пряжки, кольцевые и рамчатые, иногда орнаментированные. Оригинальная деталь пояса из бронзовых литых пластин в стиле проволочной косоплетки с кольцами-разделителями найдена в одном из курганов у села Покров. В подобном же стиле сделана своеобразная цепочка для подвешивания игольника, обнаруженная в кургане у деревни Раменье.

Судя по имеющимся археологическим материалам, основным занятием сельского населения Ивановского Поволжья в Х – ХIII веках было земледелие. Топография расположения селищ свидетельствуют об освоении в первую очередь наиболее легких для распашки луговых припойменных земель, в особенности – на окраинах Суздальского ополья. Многочисленные находки топоров в курганах могут говорить о развитии земледелия. Основным почвообрабатывающим орудием в лесной зоне была двузубая соха. Находки сошников на памятниках Ивановской области пока не известны, но довольно многочисленны на сопредельных территориях. Основной зерновой культурой в то время была озимая рожь. Яровой клин занимали пшеница и ячмень, к концу 12 века заметную долю начинает приобретать овес. Среди домашних животных, судя по остеологическим остаткам, преобладали крупный и мелкий рогатый скот, на некоторых памятниках – крупный рогатый скот и свинья. Остатков лошадей немного, что свидетельствует об использовании лошади как основной тягловой силы.

Охота и рыболовство продолжали оставаться важным подспорьем в экономике сельских общин. Охота служила не столько дополнительным источником мясной пищи, сколько средством добычи пушнины, которая часто взималась в виде дани. Среди феодальных повинностей письменные источники упоминают меха белки, куницы, бобра, лисицы. В 12 – 13 веках возникают специализированные поселки охотников и рыболовов, известные по письменным источникам ХVI века.

В целом деревня вела замкнутое натуральное хозяйство, перерабатывая для своих нужд значительную долю продуктов сельського хозяйства и промыслов. На поселениях постоянно находят остатки железоделательного, кузнечного и ювелирного ремесел: шлаки, тигли, льчки, литейные формочки. Находки пряслиц от веретен, шильев, игл, остатков грубошерсяных и полотняных тканей и кожаной обучи свидетельтсвуют о широком развитии прядения, ткачества, кожевенного дела. Повсеместное распространение получил гончарный круг. Большая часть керамики с ХI – ХII веков сделана уже на круге. Домашнее производство обеспечивало все основные потребности сельского населения.

Замкнутая экономика деревни не способствовала торговому обмену. Восточные и западно-европейские серебряные монеты часто использовались в качестве подвесок к ожерелью или переплавлялись для изготовления местных типов украшений. В курганных могильниках сельского населения встречаются лишь некоторые отдельные предметы городского ремесла и иноземного импорта.

Феодальные отношения в Поволжье, в том числе и на территории нынешней Ивановской области, на далекой окраине Киевского государства, оформились относительно поздно. Первичной формой феодальной зависимости была натуральная дань, взимавшаяся ежегодно. Восстания в Суздальской земле в 1024 и 1071 годах отразили протест населения против таких поборов. В этот период данью была охвачена только юго-западная часть нынешней Ивановской области, тяготевшая к Суздальскому Ополью. Центральные районы области и Поволжье не были вовлечены в систему регулярной феодальной эксплуатации ни в конце ХI – начале ХII веков, когда Владимир Мономах утвердил свою власть в Ростово-Суздальской земле, ни в середине ХII веке, когда при его сыне, когда при его сыне Юрии Долгоруком Владимиро-Суздальская Русь выделились в самостоятельное княжество. Косвенным тому доказательством является внезапное нападения волжских болгар, на Ярославль в 1152 году, подошедших по Воге «без вести». Перекрытие волжского пути сторожевой крепостью осуществил в 1172 году Андрей Боголюбский постройкой на волге, выше устья Оки, Городца Радилова. Кострома, Соль Великая, Нерехта впервые упоминаются в летописи под 1213 годом в связи с междуусобной борьбой сыновей Всеволода Большое Гнездо. Видимо, к рубежу ХII – ХIII веков и следует относить окончательное «окняжение» всей территории нынешней Ивановской области. Относительно поздно возникают здесь и города. Старейшими городами области являются Плес и Юрьевец, упомянутые в «Списке русских городов дальних и ближних», составленом в 80 – 90-е годы ХIV века. Плес был разорен казаскими татарами в 1409 году и отстроен вновь в 1410 оду по повелению великого князя Василия I. Раскопки городища на Соборной горе (в черте нынешнего города Плес) позволили определить время сооружения первых укреплений в ХIII – ХIV веках, а основание здесь поселения – в конце ХII – начале ХIIIвеков.

Предания повествуют об основании Юрьевца князем Юрием Всеволодовичем в 20 – 30-е годы ХIII веке. По сведениям конца ХIХ века, в городе у Кузнецкого оврага были остатки земляной крепости неизвестного времени с деревянной стеной на ней, называемой «старой городовой осыпью» (затоплена водохранилищем). В ХVII веке на берегу Волги была построена каменная крепость – Белый город, разобранная в конце ХVIII века.

В ХV — ХVI веках Ивановское Поволжье неоднократно испытывало нападения казанских татар. Для защиты от их набегов строятся земляные крепости в Лухе и Шуе. Лух впервые упоминается в летописях под 1429 годом, Шуя – под 1539 годом. Остатки этих крепостей частично сохранились. Они являются памятниками позднесредневекового периода в истории Русского государства.

Археология дала возможность обозреть исторический процесс в границах Ивановской области на протяжении 8 – 9 тысячелетий. За это время человечество прошло сложный путь развития от первобытнообщинного строя до образования Киевской Руси, крупнейшего феодального государства Европы, объединившего восточнославянские и некоторые балтские и финно-угорские племена. Без археологической науки такая широкая историческая перспектива была бы невозможна. Археологические памятники как вещественные остатки жизнедеятельности человека – важнейший, а для первобытнообщинного общества и единственный исторический очерк, культурное наследие человечества. Сохранение этого наследства имеет принципиальное значене для духовного развития общества.